scotch_ (zhab) wrote,
scotch_
zhab

Он юнга, родина его Марсель -2

Сон на яхте дело забавное. Для начала просто холодно. На меня надеты джинсы, ватные штаны, шерстяные носки, два свитера и ватник. На вахте, не смотря на непромокаемую одежду – все это потихоньку пропитывается влагой и набухает. Ты не сухой и не мокрый, а какой то влажный. От сырости никуда не деться. С потолка нудно капает конденсат.
Койка откидная, по идее должен быть бортик, как на крейсерских яхтах, но Цетус яхта спартанская. Койка – алюминиевая трубка, согнутая в прямоугольник с натянутой парусиной. Двумя краями койка прикреплена к борту, с другой стороны ее под углом, удерживают широкие стропы – лямки.
Лежишь в такой койке, и какой то конечностью стараешься удержаться. От этого половина организма спит, а вторая удерживает равновесие. Рядом дизель, камбуз, и место штурмана. Все это гремит, грохочет и матерно общается друг с другом и окружающей средой.
Сон от этого рваный и неглубокий. Помаявшись, встаю, иду на камбуз. Кипячу воду, наливаю две кружки крепчайшего чаю и бухаю туда пол банки сгущенки.
Вылажу наверх, протягиваю кружку рулевому, он не просил, но редко кто на верхней вахте откажется от горячего.

Сажусь в кокпите ближе к подветренному борту. Грею руки о чашку, тихонечко прихлебываю сладкий и крепкий чай. Глубокая ночь. Рулевой молчит, тихо ворочая штурвалом, удерживая яхту на курсе. Тихо кемарит матрос на шкотах. Стараюсь не разбудить. Воздух чистый, над нами холодное осеннее небо, усыпанное звездами. Млечный путь, медведица, созвездие рака, яркие и близкие звезды.
Гудят паруса и нас обдает брызгами, летящими из-под форштевня. Именно тогда, не смотря на холод, качку, грохот от ветра и волн, первый раз в жизни ощутил себя моряком. Так было несколько веков назад, море парус и небо.. Ощущение полной естественности. Не покоя и не счастья. Просто вдруг спокойное осознание, что ты всегда был в море. И предки твои моряки. Что ты делаешь тяжелую работу, но другой просто не надо. Ты дома, на корабле, идешь в порт, куда идут другие моряки со всех портов мира.
Корабль это степень свободы. И ловишь себя на мысли, что начинаешь мыслить категориями стран и континентов.
От мыслей отвлекает рулевой. Благодарит за чай, просит отнести кружку. Кивает головой, куда то влево и говорит что на траверзе левого борта, скоро будет мыс Колка.
Как будто в подтверждении его слов, на горизонте вспыхивает яркая белая точка, парус освещается холодным белым светом. Это пост погранцов. Скорее всего, они увидели нас радаром и проверяют кто это.
Мы входим в Ирбены. Историческое место для русского флота.
Ирбенский пролив, 15,5 миль шириной (28 километров) между мысом Колка (Латвия) и островом Саарема (Эстония). Примерно посередине пролива находится остров Рухну.
Именно через Ирбены пытался прорваться к Риге кайзеровский флот. Именно здесь резвился легендарный “Новик” дававший, по тем временам абсолютный рекорд скорости.
На батареях мыса Церель, служил ст. лейтенант Артеньев, герой замечательной книги Валентина Пикуля “Моонзунд”
Здесь, возле острова Рухну, канонерские лодки “Сивуч” и “Кореец” приняли неравный бой с двумя немецкими крейсерами и четырьмя миноносцами из 8 ой флотилии.
“Сивуч” не спустил флага, продолжал вести бой до последнего, даже когда начался пожар и его борт был раскален докрасна. “Сивуч” перевернулся, получив четыре торпеды и ушел на дно вместе со всем экипажем.
Говорят что до сих пор, в хорошую погоду, видны силуэты немецких миноносцев подорвавшихся на русских минах. Изредка старые морские мины всплывают, пугая рогами мореходов. Тогда поднимают в готовность тральщики, которые причесывают квадрат. (плюс минус ошибка и каждый корабль хоть раз может быть тральщиком)
От размышлений о судьбах флота меня отвлекает оживление в кубрике.
Ого, оказывается подвахта уже завтракает. Надо торопиться. А то сожрут ведь все, сволочи.
Спускаюсь в каюту. Народ пьет кофе со сгущенкой и бутербродами. Не смотря на холод, раннее утро и качку настроение у них шебутное.
Валерка в лицах показывает, как Саня ночью решил сходить пописать и промахнулся мимо гальюна, ибо была смена галса. Пока Саня писал кто-то умыкнул его шикарное шерстяное одеяло. Ухмыляюсь, сажусь за стол. За столом умещаются 4 человека и расклинены немудреные продукты.
Саня, многозначительно поглядывая на приятеля, обещает разыскать одеяло и выкинуть за борт того, кто его спер. Валера делает честнейшие глаза и клянется, что в жизни не брал чужого.
На месте Валерки я бы не сильно зубоскалил, ибо уже все знают, одеяло спер именно он.
Во-первых, вчера Валерка жаловался что замерз, во-вторых, кроме него некому, а в-третьих, если приглядеться внимательно, кусок украденного одеяла торчит из “кисы” с парусом, рядом с Валеркиной койкой.
Не смотря на все улики, Валерыч не признается, заканчивает завтрак и лезет наверх по трапу вслед за Саней принимать вахту.
На трапе вдруг оборачивается, плутовски подмигивает нам и исчезает наверху…
Оттуда доносится проникновенное “Саня, вот те крест не брал!”

Так мы вошли в Ирбены.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 43 comments