scotch_ (zhab) wrote,
scotch_
zhab

Новый автор.

Друзья, представляю Вам рассказик нового автора - Valti.
Valti - один из героев Табаски в фантастической книге Владимира Васильева
“Наследие исполинов”. Наряду cо Солянкой, Скотчем, Хидденом и мр Литтлом.(morda)

А в реальной жизни Valti, огромный и гостеприимный человечище. Летчик. Воевал в Афганистане, летал в Чернобыле, испытывал новые машины. И кстати, скажу вам по секрету, такая же язва, как он и описан в книге :)





«...021-й, вам возврат с маршрута на точку, выход на привод. С Алазани подходит туман».

Эта команда руководителя полётов (в обиходе сокращенно РП) довольно неожиданно прозвучала в наушниках.
Ну что же, возвращаться – так возвращаться, это дело нехитрое. Тем более что полёт по маршруту начался каких-то 20 минут назад и вертолёт Ми-6, пилотируемый капитаном В. не успел далеко отлететь от аэродрома. Впереди на этом же маршруте находились еще 2 вертолёта, вылетевшие до него каждый с 5-ти минутным интервалом, как это и положено в соответствии с плановой таблицей.

«038-й и 252-й – вам возврат на точку соответственно за 021-м, видимость ухудшается» - новая вводная для других машин от РП.

«Вот это новость! Видать и в самом деле на аэродроме сильно погодка прижимает...» – промелькнула мысль у командира.
Вертолёт, подчиняясь управлению, плавно развернулся на обратный курс, целясь в ночи на БПРС (ближнюю приводную радиостанцию). Поскольку на этом аэродроме не было дальнего привода (никогда и не устанавливали за ненадобностью), то можно бы было называть просто ПРС, но у всех уже сложилась привычка (а может быть так было положено!) в документах называть сиротливо стоящий в одиночестве привод БПРСом. Как-то загадочно и гордо...

Высота 600 метров, скорость 220 километров в час. Слева и справа горы – Кавказ всё-таки, а не какая-нибудь равнинная Белоруссия.

Ночи на Кавказе иссиня-черные, темнота наступает неожиданно, спускаясь с гор и обнимая их за плечи. Буквально через час после захода солнца небо приобретает цвет черной вороненой стали.
При хорошей погоде и особенно при полной луне видимость в полёте может быть километров 30-50. Так и было в этот вечер, в который Телавский авиаполк выполнял учебные полёты.
Слева угадывались очертания главного Кавказского хребта, а справа – Гомборский хребет, который конечно же по высоте и величию не шел ни в какое сравнение с гордостью и красотой Кавказа. Но тем не менее горы – они везде горы, какой бы высоты они не были. Нас горы заставляли себя уважать и относиться к себе на «Вы», особенно когда находишься в кабине летящего вертолёта. Не одну жизнь заманили горы в свои безумно красивые вершины и отроги, в том числе и жизни экипажей...

Исходя из особенностей расположения аэродрома в Алазанской долине, учебный маршрут был рассчитан и определен таким образом, чтобы максимально избежать опасного сближения с горами, а поскольку Алазанская долина (названная так в честь реки Алазань, причудливо кривящуюся на земле) находится в аккурат между тянущимися почти параллельно друг другу хребтами, то и был этот маршрут незамысловатый и довольно простой. Особо на этом маршруте не поизгаляешься – вытянутый треугольник. Полёт от привода аэродрома - первый этап, полёт на привод Цнори – второй и самый коротенький участок (получается полёт поперек долины) и затем после Цнори - третья сторона этого треугольника, полёт на приводную радиостанцию аэродрома.

Вдоль Гомборского хребта сплошная вереница огней, потому что все маленькие деревеньки практически не имеют границ и просто одно название переходит в другое. Или наоборот. Может быть одна деревенька переходит в другую. Но это не суть важно. Важно то, что в каждой деревеньке выпускали своё вино и благодаря этому названия деревушек были увековечены в истории виноделия. Хотя можно было заподозрить, что конечные пользователи этой продукции знать не знали, почему вот этот коньяк называется «Греми», а вот то вино – «Ахашени».
В Телавском полку шутили, что район полётов проще всего изучать в винных лавках, что тогда уж точно названия деревенек останутся в голове.

Вертолёт мерно гудел своими двигателями, вгрызаясь 35-ти метровым винтом в черноту ночи и рассекая воздух. Впереди можно было различить красные проблески кодового маяка, который установлен на БПРС и помогает визуально определить, что это именно тот привод, что это именно его ты его сейчас пролетаешь.
Неожиданно проблески маяка стали прямо на глазах блекнуть и вскоре пропали совсем. Вот те на! Что это такое? Тут же взволнованный голос РП внёс ясность: «021-й, аэродром полностью закрыт туманом, видимость меньше 100, вам уход на запасной аэродром. 038-й и 252-й – аналогично, уход на запасной ».
Ну и дела! По закону подлости командир экипажа оставил свои документы и деньги в кожаной куртке в лётном домике... «Народ, что будем делать, у кого есть деньги на гостиницу?» - спосил он у остальных членов экипажа. «Командир, у меня есть рубля 3...» - сказал бортрадист. Да уж, негусто... Все остальные тоже были без денег и у большинства также не было документов. Да и кто мог подумать, что ночью в простых метеоусловиях можно лететь в учебном полёте куда-то еще кроме своей базы?
«Ромашка, я 021-й. Разрешите выполнить заход по приборам на свою точку».
После полуминутной тишины: «021-й, я Ромашка, заход разрешаю до высоты 30 метров. Если земля не обнаружена – уход на второй круг и выход по схеме на запасной».
«я 021-й, вас понял». Какой к черту запасной... Это уж совсем на крайний случай...
При подлёте к аэродрому с удаления уже километров 10 перед глазами экипажа возникла удивительная картина – на то место, где находится аэродром, как будто бы кто-то бросил кусок ваты. Кругом всё чёрное или горящие огоньки деревушек, а вот именно в этом месте – туман! Принесла его нелегкая с Алазани...
«021-й на прямой, прошу заход по приборам». – «021-му заход по приборам разрешаю». И совсем тихонечко – «Сынок, повнимательнее...». – «021-й понял, заход разрешили».

Перед пролётом БПРС, которая установлена на удалении ровно одного километра от торца БВПП (кстати аэродром – вертодром 1-го класса, длина полосы 450 метров, ширина 60 метров. Не хухры-мухры!), вертолёт плавно погрузился в плотный туман на высоте метров 130. Тэээкс, все стрелочки «в кучку», скорость 150, вертикальная 2,5 метра в секунду.
По слабым и блеклым вспышкам маяка снизу определяем – проход БПРС очень точненько, что не может не радовать. Высота – 100 метров, продолжаем аккуратненько снижаться и плавненько гасим скорость!
Разворот стрелки АРК на 180 градусов и доклад штурмана подтверждают правильность захода. Теперь – внимание, предельное внимание... У нас теперь полёт «от привода», но стрелочки продолжают держаться «в кучке» и это тоже радует – мы дожны быть в створе полосы. По идее. Надеемся, что приборы не врут и мы на самом деле выполняем чёткий заход.
«Командир, высота 50, скорость 100» - старается быть спокойным штурман. «Спасибо Сергей, понял» - уверенно говорит командир. Сейчас самое главное, чтобы весь экипаж (а их аж целых 6 человек!) сохранял спокойствие и уверенность в том, что ничего экстраординарного не случится, что машина сядет на полосу у себя дома, а не на каком-то чужом запасном аэродроме.
В нормальных полётах ночью на этой высоте давно бы уже была включена мощная посадочная фара, видно ВПП и посадочные огни.
Сейчас же включение фары – практически самоубийство, потому что от созданного светового экрана в тумане можно на время ослепнуть и полосу уж точно не будет видно.
«Командир, высота 30 скорость 80» - штурман помогает командиру переварить информацию, которая поступает в мозг со всех приборов.
Тээкс, авиагоризонт – курс – радивысотомер – скорость – вертикальная. Пока всё чётко, стрелочки «в кучке», земли не видно, а полосы – тем более...
«021-й, я Ромашка, полосу наблюдаете?» - РП. Можно представить, каково ему сейчас там, на КП. Но и нам не намного слаще.
«Командир, высота 20, скорость 70» - спасибо Серёга...
«Ромашка, я 021-й...» - надо немного потянуть время и продолжать заход, уж очень не хочется уходить с этой высоты, да к тому же на запасной! Тем более, что уверенность полная в том, что мы уже в границе аэродрома и в створе полосы. Ну не могут же все приборы так врать! А особенно курсовая система, совмещенная со стрелочкой АРК и курсозадатчиком. Ну в кучке они, в кучке... шарик скольжения постоянно в центре... всё четко!
«...эээ, полосу... эээ... наблюдаю...» - отчаянно врёт командир.
«Командир, высота 10, скорость 70» - где же огни полосы?
«021-й, я Ромашка. Точно наблюдаешь?»
Радостный вопль штурмана: «Командир, наблюдаю полосу, мы – по осевой!».
Хорошо тебе, сидишь в носу, всё видишь...
«Ромашка, я 021-й, полосу наблюдаю, сажусь».
С высоты метров 5 командир увидел мутные огоньки торца ВПП. Тэкс, тангажик, ручку от себя, поддержали шажком! Плавное касание основными колёсами, переднее колесо пока в воздухе, удерживаем его плавным движением ручкой «на себя», шаг-газ плавненько вниз, 44-х тонная машина бежит по полосе. Ну и ну – коснулись точно в точке приземления!
«Ромашка, 021-й посадку произвёл, прошу зарулить»
«021-й, я Ромашка... Заруливайте... вас встречают...»
Командир в конце полосы на секундочку моргнул фарами и всё вокруг мгновенно превратилось в какую-то огромную белую простыню, которую набросили спереди на вертолёт. Чёрт, балбес... Хорошо, что вовремя успел зажмуриться, не ударило по глазам... Рулить, как и садиться, надо без фар. Ага, вон встречающий отчаянно размахивает тусклым фонариком. Ладно уж, рулежки и стоянки и сам хорошо знаю, но за помощь – низкий вам поклон. До самой Мать-сырой земли (почему-то на ум приходит выражение из Митьков).
«038-й, я Ромашка, заход разрешаю». Так, Ми-8й тоже подошел к аэродрому.
«Ромашка, я 038, над ближним, полосу наблюдаю, посадку!» «Посадку разрешаю».
Ну ну! Как же, наблюдает он полосу... Ври да не завирайся!
«Ромашка, 038-й, посадку поизвел, зарулить» - «Заруливайте»
«Ромашка, 252-й, ближний, посадку, полосу наблюдаю» - «Посадку разрешаю, я Ромашка».
Да вы что – сговорились так врать-то? Ладно бы с высоты метров 20-30 сказали, что полосу видите, а тут – над ближним...
Через 20 минут после посадки, в курилке. Вторая сигарета, в ногах от напряжения ещё слабость, в руках проходит предательская дрожь, которая появилась уже после заруливания на стоянку и выключения двигателей.
«Слушай, спасибо тебе! Прорубил ты своими махалками ровный туннель в этом тумане прямо до полосы, я туда – мырьк! и без проблем заход с посадкой. С меня пузырь!».
Ладно, мужики, свои ведь все... Хорошо, что так обошлось! Видно, что мы пока еще не в списке у Бога... Спасибо ему!
Очередной учебный лётный день закончен, все по домам, там нас ждут.

Valti ©
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments